Правовые коллизии неологизма «самостоятельных исключительных прав»

Правовые коллизии неологизма «самостоятельных исключительных прав» в русле становления «суверенной демократии»


Как известно любому программисту, отсутствие четких определений переменных, или в нашем случае - терминологии - неизбежно приводит к проблемам. В свое время вполне прогрессивно настроенный начальник Отдела Исследовательского центра частного права при Президенте Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор Виктор Абрамович Дозорцев положил начало тому, с чем всей России предстоит столкнуться с января 2008 года...
foto.jpg Дозорцев
Виктор Абрамович


Стоит отметить, что как Маркс и Энгельс в свое время никак не могли предположить российской версии коммунизма-социализма в исполнении Ленина-Сталина, так и Дозорцев - идеолог кодификации интеллектуальной собственности в ГК вместе с коллективом Центра частного права - никак не предполагал того, что вышло в варианте господ Маковского и Крашенинникова при полном непротивлении со стороны будущего президента РФ Дмитрия Медведева...

Дозорцев не планировал полного отказа от специальных законов об интеллектуальной собственности (авторском, патентном и пр.), допуская лишь формулировку общих принципов регулирования этой сферы в ГК. Однако произошло иначе... *(см сноску)


Красивая теоретическая посылка о том, что термины определяются законом, натолкнулась в российской реальности на вопрос, а кто и как эти законы принимает и кому это выгодно...

Попытка обсудить этот закон - IV Главу ГК - была столь же бессмыслена, как сетование на 100% явку на выборы  в Ингушетии:

http://www.copyright.ru/ru/library/analytika/obsuzhdenie_4_gk/

------------------------------------

Если придираться к этимологии, то на мой взгляд тут есть определенная подмена понятий exculsive rights - excluding rights, бишь то исключительное право - исключающее право. По моему разница в смысле вполне очевидна. 

Исключительное право (exclusive right) - должно по смыслу термина принадлежать исключительно правообладателю. 

А вот исключающее право (excluding right) действительно может принадлежать нескольким лицам - т.к. это право неисключительное и подразумевает по сути право исключать из оборота прочих хозяйствующих субъектов, и входит в состав исключительного права. В новой системе терминологии это скорее "неисключительная лицензия". 

Но зачем же смешивать неисключительные лицензии с исключительным правом???

Отсюда анализ статей нового Гражданского Кодекса:

  

 

Статья 1229 ГК РФ «Исключительное право» создает опасный прецедент. Суть исключительных прав состоит в том, что наличие определенного права на объект у одного субъекта исключает возможность существования такого же права на этот объект у другого субъекта. Сложно как-то иначе трактовать понятие «исключительный». Сама статья 1229 так характеризует сущность исключительного права:

1. ...Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Однако пункт 3 статьи 1229 «расширяет» наше обыденное представление об исключительности:

3. В случае, когда исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации принадлежит нескольким лицам совместно, каждый из правообладателей может использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению

Несложно предположить ситуацию, когда «каждый из правообладателей» всего лишь «не запретил» использование совместного исключительного права, что по определению п.1 ст.1229 «не считается согласием (разрешением)».

 

А пункт 4 и вовсе вводит новый тип «самостоятельных(!?)» исключительных прав:

4. В случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1454, пунктом 2 статьи 1466, пунктом 1 статьи 1510 и пунктом 1 статьи 1519 настоящего Кодекса, самостоятельные исключительные права на один и тот же результат интеллектуальной деятельности или на одно и то же средство индивидуализации могут одновременно принадлежать разным лицам.

Зачем понадобилась мутация базового понятия исключительного права? Рассмотрим каждую из ссылок подробнее, чтобы понять, какие проблемы они призваны решить.

Пункт 3 статьи 1454 гласит - «За лицом, независимо создавшим топологию, идентичную другой топологии, признается самостоятельное исключительное право на эту топологию.»

Пункт 2 статьи 1466 гласит - «Лицо, ставшее добросовестно и независимо от других обладателей секрета производства обладателем сведений, составляющих содержание охраняемого секрета производства, приобретает самостоятельное исключительное право на этот секрет производства.»

Т.е. и там и там речь идет о поддержке независимого и добросовестного изобретательства. Неясно, что помешало применить в данном случае международно признанный принцип «преждепользования» и первенства во времени, уже давно устанавливаемый в порядке, определенном патентным законодательством и распространить на эти статьи действие статьи 1361 «Право преждепользования на изобретение, полезную модель или промышленный образец», расширив ее действие на топологии микросхем и секреты производства:

1. Лицо, которое до даты приоритета изобретения, полезной модели или промышленного образца (статьи 1381 и 1382) добросовестно использовало на территории Российской Федерации созданное независимо от автора тождественное решение или сделало необходимые к этому приготовления, сохраняет право на дальнейшее безвозмездное использование тождественного решения без расширения объема такого использования (право преждепользования).

2. Право преждепользования может быть передано другому лицу только вместе с предприятием, на котором имело место использование тождественного решения или были сделаны необходимые к этому приготовления.

Далее. Статья 1510 «Право на коллективный знак» гласит:

1. Объединение лиц, создание и деятельность которого не противоречат законодательству государства, в котором оно создано, вправе зарегистрировать в Российской Федерации коллективный знак.

Коллективный знак является товарным знаком, предназначенным для обозначения товаров, производимых или реализуемых входящими в данное объединение лицами и обладающих едиными характеристиками их качества или иными общими характеристиками.

Коллективным знаком может пользоваться каждое из входящих в объединение лиц.

2. Право на коллективный знак не может быть отчуждено и не может быть предметом лицензионного договора.

Несложно заметить, что характеристики права на коллективный знак, как то: «не может быть отчуждено» и «не может быть предметом лицензионного договора» не дают оснований к применению в отношении объекта регулирования статьи 1510 даже такого странного понятия, как «самостоятельное исключительное право», не говоря уже о полноценном понимании термина «исключительное право». Отсюда распространение статьи 1229 на статью 1510 представляется ничтожным.

Речь должна идти о регламентировании выдачи в таких случаях неисключительных лицензий каждому члену объединения от лица правообладателя - «объединения лиц» в виде общественной организации, на которую зарегистрирован обычный товарный знак, т.е. имеющей нормальное исключительное право на один т.н. коллективный знак, что может быть предусмотрено уставом соответствующей организации. Смысл плодить множественные исключительные права, которые, по сути, не исключительны, не понятен.

Статья 1519. «Исключительное право на наименование места происхождения товара»

1. Правообладателю принадлежит исключительное право использования наименования места происхождения товара в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на наименование места происхождения товара), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

Ссылка п.4 статьи 1229 на статью 1519 определяет возможность одновременного существования нескольких «Шампанских», «Боржоми» и пр., относя вопросы их легитимности на усмотрение федерального регистрирующего органа. Анализ «коррупционной емкости» данной статьи выходит за рамки нашего исследования, поэтому лишь отметим, что к исключительным правам такая трактовка мест происхождения товаров имеет крайне отдаленное отношение. Скорее речь идет об неисключительной лицензии без права распоряжения по усмотрению государственного органа регистрации (т.к. п.4 статьи 1519 гласит:

«Распоряжение исключительным правом на наименование места происхождения товара, в том числе путем его отчуждения или предоставления другому лицу права использования этого наименования, не допускается

- что со всей очевидностью лишает это право статуса исключительного права)

Есть еще не упомянутая в п.4 статьи 1229 статья 1258:

Статья 1258. Соавторство

1. Граждане, создавшие произведение совместным творческим трудом, признаются соавторами независимо от того, образует ли такое произведение неразрывное целое или состоит из частей, каждая из которых имеет самостоятельное значение.

2. Произведение, созданное в соавторстве, используется соавторами совместно, если соглашением между ними не предусмотрено иное. В случае, когда такое произведение образует неразрывное целое, ни один из соавторов не вправе без достаточных оснований запретить использование такого произведения.

Часть произведения, использование которой возможно независимо от других частей, то есть часть, имеющая самостоятельное значение, может быть использована ее автором по своему усмотрению, если соглашением между соавторами не предусмотрено иное.

3. К отношениям соавторов, связанным с распределением доходов от использования произведения и с распоряжением исключительным правом на произведение, соответственно применяются правила пункта 3 статьи 1229 настоящего Кодекса.

Остается только догадываться, сколько судебных споров породит это невинное допущение «расширительной» трактовки термина «исключительное право». Очевидно, что в случаях, регулируемых описанными статьями IV-й главы Гражданского кодекса, речь должна идти либо об ограниченном лицензировании от лица единого правообладателя со специфическим уставом, либо об обязательном совместном коллективном управлении исключительным правом (одним-единственным!) (ст.1242-1245), иначе кодекс заранее программирует правовую коллизию, подрывая базовые понятия об исключительном праве, и создавая питательную среду для коррупции и неизбежных злоупотреблений неологизмом «самостоятельных исключительных прав», которые, будучи параллельно и одновременно реализованы своими многочисленными обладателями, неизбежно приведут к столкновению интересов при полной невозможности их судебного разрешения в силу своей юридической равноценности. Вот такая суверенная демократия, понимаешь...

=============================================================================
*В чем несложно убедиться, ознакомившись с первоисточниками:

http://www.internet-law.ru/info/unesco/tom1.htm

"При кодификации законодательства об исключительных правах нужно опираться на общие закономерности кодификации гражданского законодательства, уже апробированные многовековой практикой стран мира. Они отличаются от кодификации законодательства по другим отраслям права. В уголовном праве, например, все нормативные положения могут и должны быть включены в Кодекс. В гражданском праве, при обширности и детализированности нормативного регулирования, это невозможно. Его структура, при кодифицированной системе, складывается из Гражданского кодекса, состоящего из общих положений и особенной части. При этом если общие положения содержат детализированные нормы, в принципе не нуждающиеся в дальнейшем развертывании, то особенная часть включает в себя принципиальные положения, развернутая регламентация содержится в специальных законах (иногда они даже сопровождаются подзаконными актами) - основанных на этих принципиальных положениях. Правда, в эти специальные законы могут включаться нормы уже не только гражданского, но и других отраслей права (административного, уголовного, процессуального и т.п.) "

Сделано же было другое - все запихнуто в ГК...


http://www.privlaw.ru/old/5n.rtf

В.А. Дозорцев предложил рассматривать содержание исключи­тельного права как состоящее из двух правомочий - использования и распоряжения. Право использования заключается в возможности право-обладателя тем или иным способом самостоятельно использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализа­ции. Право распоряжения состоит в том, что правообладатель может разрешить другому лицу использовать тем или иным способом соответ­ствующий объект исключительного права. При этом правообладатель может передать третьему лицу все свои права (совершить уступку ис­ключительного права) или предоставить ему возможность использовать права в ограниченных пределах (по лицензии). Основываясь на том, что исключительным правам свойственны основные черты абсолютных прав, В.А.Дозорцев подчеркивал, что исключительному праву всегда корреспондирует обязанность всех третьих лиц воздерживаться от дей­ствий, не согласующихся с этим правом, поэтому излишне встречаю­щееся в отдельных законах и международных конвенциях добавление в содержание исключительных прав правомочия запрещать использова­ние соответствующего объекта.




ПОНЯТИЕ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОГО ПРАВА
http://www.spbpravo.ru/comm.php?id=3951
"Итак, одинаковое право на один и тот же объект может иметь одновременно несколько лиц. Это право является исключительным, но оно не абсолютное право, которое может принадлежать только одному лицу. Его можно квалифицировать как квазиабсолютное, поскольку оно закрепляет монополию, хотя и ограниченную, но достаточную для пуска объекта в экономический оборот и позволяющую пользоваться правами, а также осуществлять их защиту средствами, в значительной степени аналогичными используемым для абсолютных прав. Таким образом, исключительное право имеет особое содержание, отличающее его от абсолютных прав. Исключительность состоит не в том, что право принадлежит исключительно одному лицу, а в том, что оно закрепляется исключительно за лицом или лицами определенным законом и по основаниям, им установленным.
Выяснилось, что исключительные права - это ослабленные абсолютные права. Они не устанавливают конкретной связи между двумя лицами (как относительные), а обращены к неопределенному кругу обязанных лиц, но их особенность заключается в том, что этот круг обязанных лиц все-таки может быть ограничен."